Версия для слабовидящих Личный кабинет Личный кабинет

МЕТРОЛОГИЯ

ИСПЫТАНИЯ ПРОДУКЦИИ

ТЕХНИЧЕСКИЕ УСЛОВИЯ (ТУ)

СТАНДАРТИЗАЦИЯ

НАИЛУЧШИЕ ДОСТУПНЫЕ ТЕХНОЛОГИИ

СЕРТИФИКАЦИЯ

ТЕЗАУРУС

Уголок потребителя

Экспертные программы

Наш музей (каталог).JPEG var-2.JPEG transport transport zerkalo-pressy.JPEG b-s-01.JPEG

ДОСТУПНАЯ СРЕДА

К ВСЕМИРНОМУ ДНЮ СТАНДАРТОВ

Экологические аспекты переживаемого глобального кризиса должны стать объектами обсуждения в международный день стандартизации, - считают член-корреспондент РАН Виктор Данилов-Данильян и доктор технических наук Олег Розенталь

 

 

Стандартизация

перед лицом глобального вызова

Во второй половине XX в. человечество сделало открытие такого значения, после которого стало уже невозможно мыслить прежними, справедливыми для минувших эпох категориями. И этим открытием стала для человека окружающая среда. Оказалось, что эта среда непосредственно связана со всеми без исключения сторонами его бытия, начиная с состояния его здоровья и заканчивая успехами в мировой экономики. Функционирование этой среды подчиняется своим собственным законам, с изучением которых люди опоздали на сотню лет, войдя в результате в трудноразрешимый конфликт с природой.

Мировая экономика, оказавшаяся перед необходимостью перехода к интенсивному типу развития, столкнулась с несоответствием между научно-техническими и экономическими возможностями решения нарастающих экологических проблем. Стало ясно, что господствующие рыночные структуры сами по себе в принципе не могут создать стимулов для бескризисного преодоления этого разрыва (вспомним эффект «провалов рынка»). Решение проблемы через кризис в современных условиях чревато катастрофическими последствиями для цивилизации, да и без таких последствий развитие кризиса неизбежно будет сопровождаться процессами и событиями, неприемлемыми с позиций гуманизма. Оказалось, в частности, что необходимо умение измерять такие характеристики, как, например, величину экологического ущерба, и оценивать погрешность измерений. Причем сделать это в разных регионах и странах едиными, взаимно признаваемыми, средствами и методами. Оказалось также, что нужны единые правила природопользования, оптимизированные в соотношении «цена—качество», поэтому потребовались дополнительные механизмы, позволяющие ориентировать бизнес и власть на решение соответствующих структурных задач в мировом масштабе. И здесь понадобились такие виды деятельности, как стандартизация экологии и метрология.

Именно средствами метрологии был объективно установлен факт увеличения разброса погодно-климатических характеристик (температуры, влажности с распределениями в годовом цикле). Измерения показали повышение рисков в сельском хозяйстве и — с определенной долей погрешности — удлинение периода вегетации.

Тема изменения климата под влиянием антропогенной деятельности послужила основой для многих работ. Ряд специалистов рассматривает глобальное потепление как явление позитивное, но нам такой взгляд кажется иллюзорным. Из-за учащающихся поздних весенних и ранних осенних заморозков разведение южных (относительно) многолетних культур может оказаться экономически бессмысленным, а однолетних — слишком рискованным. Известные сорта культурный растений окажутся неустойчивыми в изменившихся условиях, а для селекции новых сортов может потребоваться больше времени, чем предполагалось. Сельское хозяйство будет страдать от инвазионных нашествий «нетипичных» вредителей (это явление уже многократно зарегистрировано).

Не стоит уповать и на генную инженерию: даже если отвлечься от всевозможных предостережений по ее поводу, решающим фактором окажется хорошо известная крайняя неустойчивость генетически измененных сортов.

В ряде исследований убедительно доказывается негативное воздействие климатических изменений на здоровье людей. Подобное воздействие разнообразно. Экстремальная (для конкретной местности) жара, резкие понижения температуры — факторы «прямого» действия. Кроме того, очевидны и косвенные, индуцированные факторы. Например, климатические изменения влияют на то, что ареалы переносчиков ряда опасных инфекций расширяются. Всем известно об ухудшении качества воды в природных водных объектах, что, несомненно, может привести к росту риска ряда заболеваний, возникающих из-за возбудителей, находящихся в недостаточно чистой воды. Кроме этого, возникает опасность лесных пожаров вблизи городов и населенных пунктов, что испытали на себе в последние годы десятки миллионов людей.

Таяние вечной мерзлоты повлечет разрушение размещенных на ней производственных фондов и инфраструктуры нефтегазовой промышленности. Таяние материковых льдов Антарктиды и Гренландии вызовет подъем уровня Мирового океана и затопление прибрежных низменностей, например Санкт-Петербурга.

Вряд ли стоит продолжать это перечисление. Важно, что вопросы охраны окружающей среды, сохранения климата и энергоэффективности остаются в центре внимания Международной организации по стандартизации (ИСО), так как стали глобальным вызовом современному обществу. Ответом на этот вызов природы может стать активная деятельность международных технических комитетов по стандартизации, в том числе ИСО/ТК 207, продолжающего разработку стандартов ИСО серии 14000 «Экологический менеджмент». В его планах — разработка новых стандартов в области экопроектирования (ИСО 14006), количественной экологической информации (ИСО/TУ 14033), оценки экоэффективности продукции (ИСО 14045), а также стандартов, связанных с воздействием парниковых газов, включая «углеродный след» продукции (ИСО 14067-1 и ИСО 14067-2), определение количества и отчетность об эмиссиях парниковых газов для организаций (ИСО 14069). Ранее были обновлены крайне востребованные на практике стандарты по оценке жизненного цикла продукции (ЖЦП) (ИСО 14040:2006, ИСО 14044:2006).

Важна деятельность других технических комитетов, например, нового ИСО/ТК 234 «Рыболовство и аквакультура», который уже приступил к разработке стандартов в области прослеживаемости рыбопродуктов (ИСО 12875, ИСО 12877), экологического мониторинга морского дна на предмет воздействие от морских рыбных ферм (ИСО 12878).

Необходимо также упомянуть ИСО/ТК 205 «Расчет и проектирование внутренней среды зданий», который разработал новаторский стандарт в области оценки энергоэффективности новых зданий (ИСО 23045:2008) и отдельно — по терминологии в этой области (ИСО 16818:2008).

В рамках Технического управляющего бюро (ИСО/TMБ) по предложению Французской ассоциации по стандартизации (AFNOR) начата разработка международной терминологии в области энергоэффектвности и возобновляемых источников энергии (ИСО 13273).

Начал действовать и отечественный ТК 39 «Энергосбережение, энергетическая эффективность, энергоменеджмент». Он является зеркальным для ИСО/ТК 242, занятого разработкой «знакового» стандарта ИСО 50001 на системы энергоменеджмента, который будет предназначен для сертификации и аудита, подобно стандартам ИСО 9001 и ИСО 14001.

Предлагаем перечень отечественных стандартов серии «Ресурсосбережение», предназначенных для практической деятельности предприятий.

Жаль, что эти документы пока еще мало востребованы бизнесом. Мы связываем это с недопониманием масштабов грядущего экологического кризиса, о котором было заявлено еще в 1991 г. ЮНЕСКО в книге ведущих экономистов и экологов «Экологически сбалансированное экономическое развитие: дополнение к Брундтланд» под редакцией Р. Гудлэнда, Г. Дейли и С. Эль-Серафи[1]. Тогда экологи впервые написали: «Глобальная экосистема служит стоком для загрязнений, создаваемых экономической подсистемой», которая «стала слишком большой относительно биосферы, вследствие чего емкость биосферных стоков находится в состоянии стресса». И если до недавнего времени человек мог строить свою хозяйственную деятельность без оглядки на адаптивные возможности биосферы, а мир представлялся ему чем-то вроде бездонного резервуара, способного поглотить любое количество хозяйственных отходов, то теперь эра «пустого» мира кончилась и на смену ей пришла эпоха мира «заполненного».

Жалко, что в цитированном достаточно серьезном и глубоком исследовании вопрос о роли биоты в формировании окружающей среды и о допустимых пределах ее дестабилизации остался за рамками обсуждения. А ведь именно по результатам исследования влияния антропогенных факторов на биоту, на биоразнообразие и осуществляется экологическая стандартизация, устанавливаются нормативы, выполнение которых отслеживается средствами метрологического контроля.

Количественные характеристики природопользования определяются по результатам измерительного (инструментального) контроля с установленными показателями точности измерений. В соответствии с Федеральным законом «Об обеспечении единства измерений», показатели точности в сфере государственного регулирования единства измерений должны устанавливать федеральные органы исполнительной власти. Фактически эта работа не выполняется. В нормативные документы, регламентирующие природопользование, систематически включается упоминание о необходимости принимать решения «с учетом погрешности измерений»[2], но трудно поверить, что авторы документов задумывались о том, как выполнить это требование.

Приписанные характеристики погрешности методик выполнения измерений (расширенной неопределенности), конечно, могут быть показателями точности. В этом случае запись в виде Х ± означает, что измеренное значение величины равно Х, а ее истинное значение с установленной доверительной вероятностью заключено в пределах от Х + до Х ∆. Поэтому упомянутое выше требование «с учетом погрешности» может означать, что значение следует добавлять к значению концентрации или вычитать из нее, что создает возможность варьировать суммой экологических платежей за природопользование в широком диапазоне.

Пусть, например, измерительный контроль, выполненный по аттестованной методике (ГОСТ Р 8.563—96 «Государственная система обеспечения единства измерений. Методики выполнения измерений»), показал, что концентрация бенз(а)пирена в природном водном объекте составляет 0,8 от величины предельно допустимой концентрации (ПДК). Если принять этот результат, то объект следует признать безопасным. Но, согласно стандарту ГОСТ 27384—2002 «Вода. Нормы погрешности измерений показателей состава и свойств», норма погрешности измерений бенз(а)пирена равна 70%. Следовательно, его истинная концентрация лежит в пределах (1,36…0,24) ПДК, так что корректно ответить на вопрос о том, представляет ли опасность данный водный объект, невозможно. Также невозможно оценить сумму экологического ущерба. Действительно пусть указанный бенз(а)пирен образовался в водном объекте в результате тонны сброса в составе сточных вод. В соответствии с «лимитным» нормативом (Постановление Правительства РФ № 344) плата за сброс тонны рассматриваемого вещества составляет 138 млн р. Однако измерения не позволяют гарантировать, что сброшена именно тонна вещества. Истинная масса сброса лежит в диапазоне от 0,3 до 1,7; плата за сбросы изменяется от 41 млн до 235 млн р.

Возникает произвол при назначении экологического платежа, который особенно велик в случае сброса (выброса) наиболее опасных загрязнителей. ПДК этих веществ особенно низка, а норма погрешности повышена (до десятков процентов — в соответствии с требованиями ГОСТ 27384), что приводит к возникновению спорных ситуаций между органами государственного и промышленного контроля природопользования.

Предположим, что в результате хозяйственной деятельности измеренное повышение концентрации загрязняющего вещества в воде, по данным органа государственного контроля, равно Х, а водопользователь настаивает на Х∆. При арбитражном разбирательстве доводы сторон — государственного и производственного контроля — опираются на результаты измерений, которые позволяют лишь констатировать, что концентрация загрязнения лежит в диапазоне, включающем как величину Х, так и Х. И если водопользователь представляет измерения, выполненные в соответствии с требованиями ГОСТ 8.010—99 «Государственная система обеспечения единства измерений. Методики выполнения измерений. Основные положения», то иск госконтроля может быть и не удовлетворен. Потому что принятие результатов измерений без учета значений приписанных характеристик погрешности означает «частичное игнорирование обстоятельств», что недопустимо. В соответствии с Арбитражным процессуальным кодексом РФ, основанием для отмены подобного судебного решения первой инстанции является недоказанность имеющих значение обстоятельств.

Как видно, законодательство позволяет ограничить экологические платежи минимальной доказанной суммой. Это соответствует реализации презумпции невиновности, которая, между прочим, противоречит презумпции потенциальной экологической опасности, требующей считать, что истинная концентрация равна Х + . В данном случае, однако, указанное требование может быть распространено вовсе не на хозяйствующий субъект, а на уполномоченный орган управления. Ведь именно он устанавливает нормы погрешности измерений, а потому обязан предусмотреть и связанную с этим компенсацию потенциального ущерба. В этом различие требований к органам власти и к бизнесу. Эти требования могут принципиально различаться: природопользователь обязан выполнить требования, предъявляемые к средствам и методикам выполнения измерений, а ответственность за факты несоответствия между истинными и измеренными значениями контролируемых показателей должны принять на себя органы управления.

При таком подходе корректно следующее распределение экологических платежей за природопользование:

        за наименьший установленный уровень природопользования платит хозяйствующий субъект;

        недостающую сумму платежа за наибольшее установленное природопользование: (Х + ) — (Х) = 2 вносит государство.

Например, в вышеприведенной задаче с бенз(а)пиреном из общей суммы 235 млн р. (1,7 т) хозяйствующий субъект должен оплатить 41 млн р. (0,3 т), а остальные 194 млн р. — государство.

Для снижения суммы указанного платежа необходимо непрерывно укреплять и совершенствовать систему обеспечения единства измерений в сфере государственного регулирования.

Любопытно то, что описанная выше ситуация с распределением платежей может измениться при сверхнормативном природопользовании, «причиняющем экологический вред». Во всяком случае, согласно Гражданскому кодексу Российской Федерации, ст. 1079, «юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности». Среди источников опасности указаны «сильнодействующие яды и т.п.». Поэтому платежи за экологический ущерб следует оценивать «с учетом погрешности», т.е. в рассмотренном примере нужно исходить из концентрации Х + .

Неверно считать, как это часто бывает, что истинная концентрация загрязняющего вещества находится в диапазоне ± . Риски ошибочных измерений теоретически могут быть весьма велики. В частности, в указанных границах искомая концентрация заключена лишь с определенной вероятностью, обычно 0,95. Поэтому при проведении производственного и государственного контроля следует считаться с возможностью того, что даже и в пределах Х ± истинное значение величины не находится. Отсюда вытекают в одних случаях немаловажные экологические последствия, а в других — избыточное давление на бизнес при систематически неточно оцениваемой техногенной нагрузке на окружающую природную среду.

Если в результате ошибок измерения нормативное природопользование принимается за сверхнормативное (риск ложной ошибки), то ущерб несет хозяйствующий субъект. А если сверхнормативное природопользование принимается за нормативное (риск необнаруженной ошибки), то причиняется ущерб окружающей среде. Природопользователь заинтересован в снижении рисков ложных ошибок, а уполномоченные органы — в снижении рисков необнаруженных ошибок[3]. То и другое требует совершенствования средств и методов выполнения измерений, а совместные усилия по повышению качества измерений являются условием корректных взаимоотношений бизнеса и власти. Поэтому наш краткий экскурс в сферу метрологической неопределенности платы за природопользование закончим фразой одного из руководителей Федерального агентства по техническому регулированию и метрологии: «Как известно, от величины погрешности зависит величина риска наступления отрицательных последствий. Более грубое измерение влечет за собой больший риск. Поэтому там, где уделяют особое внимание вопросам охраны окружающей среды и здоровья населения, не жалеют средств на повышение точности измерений»[4].

Заключение

Не вызывает сомнений, что главное направление структурных сдвигов на предстоящие десятилетия (возможно, и столетия) — энерго- и ресурсосбережение, радикальное сокращение воздействия на окружающую среду. Резервы экстенсивного роста в мировой экономике почти полностью исчерпаны, но создан колоссальный научный задел для разработки новых энергоэффективных, ресурсосберегающих и экологичных технологий. Производственные системы, освоенные на практике к середине 1990-х гг., позволяют вчетверо сократить использование энергии и природных ресурсов в расчете на единицу производимого продукта. Однако первоначальный инвестиционный барьер для распространения технологий даже предшествующего поколения (уровень середины 1980-х гг.) далеко не преодолен, ими обеспечено не более 20% производства мирового валового продукта. Расточительное расходование энергии и преступная торговля тропической древесиной, нищета третьего мира и потребительские аппетиты экономически развитых стран, давление растущего населения на природу и прогрессирующее опустынивание — эти и многие другие аспекты переживаемого глобального кризиса должны стать объектами обсуждения в международный день стандартизации. При этом принятая в июне 1992 г. в Рио-де-Жанейро представителями 179 государств Всемирная программа действий «Повестка на XXI век» должна стать эталоном для национальных программ по стандартизации с целью перехода к устойчивому развитию.

Виктор Иванович Данилов-Данильян,

доктор экономических наук,

член-корреспондент РАН,

директор Института водных проблем РАН (ИВП РАН)

 

Олег Моисеевич Розенталь,

 доктор технических наук,

главный научный сотрудник ИВП РАН

 

 (Из журнала«Стандарты и качество»)



[1] Доклад Комиссии Брундтланд и Дополнение к Брундтланд. Юнеско, Рио-деЖанейро, 1992.

[2] См., например, Административный регламент Ростехнадзора «По исполнению государственной функции по выдаче разрешений на выбросы, сбросы загрязняющих веществ в окружающую среду» (утвержден приказом Минприроды России № 288 от 31.10.2008).

[3] Случай, когда природопользователь заинтересован в увеличении рисков необнаруженных ошибок, а госконтроль — ложных ошибок, не рассматривается, как направленный на умышленный подрыв экономики.

[4] Крутиков В.Н. Ответ на вопросы читателей // Методы оценки соответствия.  — 2009. —  № 4. — С. 48.


НАЗАДНАЗАД